В дискуссии приняли участие эксперты в области архитектуры, градостроительства, дизайна, искусствоведения, комплексного благоустройства, урбанистики, архитектурного образования, в том числе научные сотрудники, теоретики, практики, преподаватели ВУЗов России и стран зарубежья, исследующие наследие ВХУТЕМАС.

 

 

ВХУТЕМАС (Высшие художественно-технические мастерские) просуществовал всего десять лет, но оказал огромное влияние на культуру и своего времени, и будущих времен, изменив основы художественного образования и подготовив универсальных художников. Он стал матрицей для образования целой серии учебных и научно-исследовательских заведений в области архитектуры, искусства, дизайна и художественной технологии.

Современная архитектура не могла бы существовать без влияния ВХУТЕМАСа, рассказал профессор ФГБОУ ВО «Московский архитектурный Институт» Николай Метленков. «Это движение и в последующие годы оказывало влияние не только на русскую, но и на зарубежную архитектуру, – отметил он – Например, французский архитектор и теоретик деконструктивизма Бернар Чуми спроектировал и построил парк «Ла-Виллет», который перевернул представление о парках, как о спокойном месте отдыха. В основу проекта были положены идеи ВХУТЕМАСа и их объемно-пространственных композиций».

Ирина Добрицына, заведующая отделом проблем теории архитектуры НИИТИАГ, рассказала об одном из самых значительных представителей ВХУТЕМАСа – Константине Мельникове. «Конец XIX – начало XX века можно рассматривать как переломный момент утверждения идей неклассической философии, – сказала она. – Модернизм и конструктивизм выражали веру в нового человека и рассматривали архитектурные проекты как архитектурную метафору – словесно выраженный глубоко спрятанный контструкт». Так, идеологи ВХУТЕМАСа рассматривали жилой дом как машину для жилья. «Работы Мельникова отражали мощь индустриального государства, – отметила Ирина Добрицына, – однако и сегодня мы видим ярких последователей его идей. Например, архитектурное бюро Заха Хадид».

ВХУТЕМАС сыграл и огромную роль в формировании сегодняшнего художественного образования. «Одна из задач школы была подготовка художников и развитие тех их навыков, которые будут отвечать за связь с материально-предметным миром, – рассказала заведующий и профессор Кафедры «Дизайн архитектурной среды» МАРХИ Татьяна Шулика. – Эти идеи развивали Кандинский, Родченко, Эль Лисицкий, Татлин». Именно благодаря им в 1987 году в МАРИХИ была открыта специальность «Дизайн архитектурной среды».

Одним из основных приемников идей ВХУТЕМАСа за рубежом стало движение японского метаболизма в 60-х годах прошлого века. «Это был период японского авангарда и, возможно, он стал последним авангардным движением в Японии, – сказала Нина Коновалова, заместитель директора по научной работе научно-исследовательского Института теории и истории архитектуры и градостроительства. – В основу теории метаболизма японские архитекторы заложили концепцию развития живого организма. Всё, как и в живой природе, подчиняется стадиям зарождения, развития, угасания, смерти и перерождения. В здании могут быть как постоянные, так и органически меняющиеся во времени элементы». Манифест метаболистов стал ярким продолжением идей ВХУТЕМАСа, отметила она.

Участники круглого стола также обсудили вопросы отражения идей ВХУТЕМАСа в архитектуре СССР и мира, образовательные аспекты школы и проблемы изучения наследия движения.